какая к черту экология?

Оригинал взят у bratkin в какая к черту экология?

Оригинал взят у banshur69 в Слишком умный? На выход.

Из Публички уволили Никиту Елисеева, одного из лучших литературных критиков России. Он по праву наследовал Гнедичу, Крылову, Стасову, Бухштабу и Натану Стругацкому. Но ему не дали дослужить. Увольнение Елисеева -  прекрасная новость. Прекрасная, потому что в ней отпечаталась искренность наступающей эпохи. Всех умных, талантливых, самостоятельных людей будут сокращать в первую очередь. И это не пресловутая Власть - нет, это инициатива средних работников на местах. Эти средние работники недавно пересели в начальственные кресла. Они давно уже точили зуб на слишком, по их мнению, удачливых и известных коллег, которых в душе считали выскочками. Теперь пришло время посчитаться. Тебе нравятся 90-е? Ты приветствовал перестройку? Ты радовался гибели Советского Союза? Ты хорошо жил на западные гранты? Вот и побудь безработным, предатель и шпион.
Впрочем, подобные проскрипционные списки могли бы составить и студенты вузов. Ты любишь Тютчева, Блока и Ахматову? Тащишься от Обуховой и Софроницкого? Знаешь, что Счастливая Москва это фамилия и имя? Помнишь, какое было отчество у Анны Карениной и что хотела продать Чичикову Коробочка? Слушаешь кантаты Баха с либретто в руках? Тебе интересно, существует ли бозон Хиггса? Ты знаешь, что есть связь между голыми землекопами и проблемой бессмертия? Давай, до свидания. Студенты более не способны ловить литературные ассоциации, восторгаться при звуках музыки барокко, ловить и понимать сложные и неоднозначные сущности. При этом они пишут песни по-английски, представляют себя средневековыми рыцарями в ролевых играх, читают "Гарри Поттера" (и не читают Кэрролла), интересуются ридерами, в которые загружают то, что помоднее, пополезнее и попроще. Интересно, что сегодня было бы невозможно устроить ролевую игру на тему перикловых Афин. Там ведь нужно постоянно цитировать Гомера, мыслить, спорить и предлагать свое.
Ребята не виноваты. Они выросли в таком обществе, где этнографом считают Гумилева, историком - Фоменко, оперным певцом - Баскова, балериной - Волочкову, лингвистом - Задорнова, врачом - Кашпировского, а физиком - Петрика. Они просто не знают, как должно быть на самом деле. И даже когда слышат настоящих, то не узнают в них то, что должно быть. Инстинкт истины обществом утрачен.
Неизжитое советское прошлое и провороненное будущее тихо взяли интеллектуалов в клещи. Даже средне образованный по меркам старой гимназии человек сегодня казался бы монстром. Идеалы физиков 60-х годов кажутся современному обществу бредом сумасшедших. Книжничество и религиозные поиски 70-х вообще за гранью понимания молодежи. Общество сбрасывает сложность, чтобы оказаться в прозрачном и простом мире первобытности. Закон этого мира выведен Высоцким: "Только зазеваешься - глядь, тебя едят". Все простое как мычание постепенно превращается просто в мычание и рычание, в столкновение рогов с когтями.
Интересно, что дальше. Создание гетто для умных? Резервации, куда отгрузят тех, в ком общество перестало нуждаться по причине своего полного расслабления?
И кто так шутит человеком? Неужто экология, матушка-Природа, уставшая от идей и изобретений?

Воля ваша, но есть в последнем предложении нечто неизбывно-русско-интеллигентское. Планета, мол, устала от нас-умников, природа-матушка, дескать, отдохнуть решила.
Всего в семи часах езды от Петербурга есть университет, где умников не выживают, а привечают. И где студенты учатся, и искренне каждый в меру таланта тянутся к наукам и искусствам. Университет города Хельсинки, если что.
Климат тот же, а люди другие, хотя и того же вида Homo sapiens sapiens.

Так что не в Матери-Природе дело: нечего эту безответную старуху каждый раз за подол дергать.
Дело в обществе, и в тех стереотипах, которое сперва в этом обществе насаждали, а потом они начали себя воспроизводить. 

Вопрос к прихожанам известного храма.

А вы, случайно, в баню с евреями не ходите?
Оригинал взят у borisakunin в Золотой нос, или Трудности перевода

Всё началось с Трулльского собора, постановлениями которого оперировали эксперты обвинения по делу несчастных «кощунниц». Что за труляля такое, заинтриговался я и полез искать.
         В Хамовническом суде упоминались  62-е и 75-е правила почтенного церковного съезда, состоявшегося в 691-692 годах нашей эры.
         Правило № 62 в кратком каноническом пересказе звучит следующим образом: «Еллинских обычаев удалятися, личин на ся не налагати, и плясания не творити». Так, с этим ясно.
         Правило № 75, которое тоже нарушили осужденные преступницы, вот какое: «Желаем, чтобы приходящие в церковь для пения не употребляли бесчинных воплей, не вынуждали из себя неестественнаго крика, и не вводили ничего несообразнаго и несвойственнаго церкви: но с великим вниманием и умилением приносили псалмопения Богу, назирающему сокровенное».
         Там было принято еще много всякий мудрых решений, на том соборе. Например, правило № 11 запретило христианам под страхом отлучения дружить с иудеями, лечиться у них и в особенности (почему-то) ходить с евреями в баню. Думаю, если бы следствие работало добросовестней, то запросто могло бы обнаружить у злодеек среди друзей какого-никакого еврея, опять же есть дантисты, гинекологи. В общем, недоработка.

Кто из нормальных христиан станет с ними дружить? Бр-р-р…

Но я пишу пост не про Pussy Riot и даже не про Трулльский собор. Как я уже сказал, с этого всё только началось.
         Меня (я ведь историк) заинтересовали политические обстоятельства, при которых происходил собор. И, в частности, кто был инициатором созыва этой роковой конференции. Роковой – потому что ее решений не признал папа римский, и с этого момента начался серьезный конфликт между западным и восточным христианством, впоследствии завершившийся полным разрывом.
         Так я открыл для себя византийского императора Юстиниана Второго - это он постановил собрать церковных иерархов, дабы восстановить религиозную дисциплину и пошатнувшееся благочестие.

Золотой Юстиниан

Пожалуйста, не путайте этого Юстиниана  с великим реформатором Юстинианом Первым (482 - 565). Разница между ними еще больше, чем между Петром Вторым, который ничего не успел сделать в своей коротенькой жизни,  и Петром Первым.
         Юстиниан Второй Риномет как раз много чего натворил (и помимо Трулльского собора). Это один из самых омерзительных правителей всех времен и народов – а у истории в данной номинации, как вы знаете, конкуренция очень жесткая.
         Он стал базилевсом в шестнадцатилетнем возрасте, правил десять лет и даже по тем суровым временам отличался невыносимо гнусной жестокостью. Подобно Иосифу Сталину, он любил отправлять в ссылку неугодные народы, которые в пути вымирали от голода и болезней. Однажды после поражения в войне с арабами император приказал умертвить семьи воинов того отряда, который обвинил в неудаче. При этом Юстиниан считал себя ревностным христианином и еретиков с сектантами предавал сожжению.
         Еще хуже были императорские фавориты, министр финансов Феодот и казначей патриархии Стефан, которые занимались прямым вымогательством: хватали богатых людей и пытали их до тех пор, пока не заплатят выкуп. Настоящей властью в стране обладала эта парочка эффективных менеджеров. Однажды они даже приказали выпороть вдовствующую императрицу, мать Юстиниана, и тот ничего, стерпел.
         В конце концов произошло то, что должно было произойти – бунт. Временщиков прикончили, кесаря свергли и отправили в ссылку.
         Но еще через десять лет изгнанник вернулся, приведя с собой чужеземное войско, и снова захватил трон.
         Тут-то и начинается поразительное. Второе правление Юстиниана Риномета прямо-таки заворожило мою писательскую фантазию, а заодно пробудило воспоминания о прежней профессии.
         Когда-то я перевел с японского роман Юкио Мисимы «Золотой Храм». Там главный герой, препротивный мальчишка, страдающий сильным заиканием, предается грезам о власти: «…Начитавшись   исторических   романов,   я   воображал   себя могущественным и  жестоким  владыкой.  Он заикается и поэтому  почти  всегда молчит, но как же трепещут подданные, живущие в постоянном страхе перед этим молчанием, как робко  заглядывают в лицо своему господину, пытаясь  угадать, что их  ждет, - гнев или милость? Мне, государю, ни к чему  оправдывать свою беспощадность гладкими  и звучными  фразами, само мое  молчание  объяснит  и оправдает любую жестокость.  С наслаждением воображал я, как одним движением бровей  повелеваю  предать  лютой казни учителей и одноклассников, мучивших меня в гимназии».
         Очень возможно, что герой романа прочитал какой-то роман о базилевсе Риномете (что по-гречески означает «Безносый»). Дело в том, что после свержения мятежники отрезали деспоту нос и язык. Вместо носа император стал носить золотой футляр, но язык заменить было нечем. Поэтому в период реставрации рядом с Юстинианом всё время находился толмач, умевший понимать мычание правителя и переводить его приказы. Приказы эти были чудовищны, фантазия калеки – причудлива и ужасна. Первое правление Юстиниана вспоминалось теперь подданным как утраченный рай.
         Ну, месть обидчикам – это, как говорится, святое. Хотя, конечно повесить на стенах всех офицеров столичного гарнизона (переводчик, наверное, десять раз переспросил, правильно ли он понял) – это перебор. С патриархом тоже получилось некрасиво: ладно отрезали нос и язык, это с учетом личных страданий кесаря по-человечески понятно - но выколоть главе церкви глаза и замуровать живьем в стену? Как-то оно все-таки не comme il faut. (Представляю, сколько времени мычал и жестикулировал Юстиниан, чтобы объяснить этот свой креатив). С двумя императорами, успевшими поцарствовать во время его ссылки, триумфатор поступил изящнее: не сразу казнил, а сначала поунижал - во время праздничных игр на стадионе положил их наземь, наступил ногами на головы, любовался ристалищем и слушал, как толпа поет 90-й псалом: «На аспида и василиска наступишь; попирать будешь льва и дракона».
         Однако праздник мести закончился, начались будни, а безъязыкий  задавал переводчику всё новую работу. Хроника рассказывает, что тиран очень любил черный юмор. Осчастливит чиновника назначением на высокую должность - и тут же посылает вдогонку палачей. Сёрпрайз! Или пригласит кого-то на пир, да и подсыпет яду. Тот корчится, орет - смехота! Еще очень любил обласкать кого-нибудь на аудиенции, а потом «му-му» переводчику - человека в мешок, да и в море.
         Если какая-нибудь выходка вызывала чрезмерное возмущение, всегда можно было свалить ответственность на толмача: не так-де понял, скотина. Назначали нового переводчика, старого – сами понимаете куда. И всё шло как прежде.
         Целых шесть лет золотоносый немой так измывался над своими рабами, пока один из телохранителей таки не оттяпал отцу Трулльского собора его гнилую башку.
         Во всей этой удивительной истории мне почему-то больше всего жалко переводчиков. Наверное, из-за того что я когда-то сам работал синхронистом, переводил разных начальников и в конце концов был изгнан с этой нервной должности за одно ужасное faux pas. Но о собственном опыте по части трудностей перевода расскажу как-нибудь в другой раз.